«Мой сын Глебушка – долгожданный ребёнок.» — начала свой рассказ Марина. Глеб родился путём кесарева сечения. Мальчик рос и развивался как обычный ребёнок и радовал родителей. Но в 4 месяца с Глебом случилась большая беда — черепно-мозговая травма.

После этого жизнь Марины разделилась на до и после. У Глеба появились судороги, а уже в 8 месяцев ему поставили первый диагноз: эпилепсия, врождённый цитомегаловирус.

«К годику, когда ребёнок начинает ходить, сын ходить не мог. После черепно-мозговой травмы координация у него была совершенно нарушена. Глебушку швыряло от стенки к стенке, а ножки он тянул до пяти лет.» — вспоминает Марина.

В 1,5 года Глебу дали инвалидность: ДЦП атоническая форма и эпилепсия. В 3 года добавился ещё один неутешительный диагноз — аутизм.

Все это время Марина спрашивала себя: «За что?», «А что было бы, если бы не травма?» К сожалению, дать ответы ей никто не мог. Женщина понимала, что немые вопросы и слёзы не помогут ее любимому сыну. Но могут помочь ее поддержка, ее сила и ее вера в лучшее.

Из-за дисфункция иммунной системы мальчик очень часто болел. Глеб и Марина постоянно лежали в больницах, где маленький ребёнок был вынужден принимать множество лекарств. На то, чтобы смирится с аутизмом сына, Марине тоже нужно было время. Она отчаянно искала специалистов, которые могут помочь. Но за Глеба никто не брался.

У него было полевое поведение (Полевым принято называть поведение, которое пробуждается не собственными внутренними потребностями и мотивами ребенка, а привлекающими его внимание особенности внешней ситуации. — прим. ред.) мальчик не понимал обращенную речь до 5, 5 лет, был агрессивен и самоагрессивен. В течение дня его сопровождали постоянные стимы (Стим — повторяющиеся движения «стимминг»(самостимуляция). У детей с аутизмом многие заменяют слово «стим» на термин «аутистической стереопатией/стереотипией» — прим. ред.).

Марине удалось найти достойных специалистов и с трёх лет Глеб регулярно проходит реабилитацию, посещает остеопата, ходит на вистеральный массаж, и вместе с мамой слушает альфа-ритмы. Постепенно Глебу становилось лучше. Он давно ходит без поддержки, общается и мальчика не мучают приступы эпилепсии.

«Большой перелом в сыне произошёл в 7 лет. — Говорит Марина. — Он безумно хотел пойти в школу, но психологически был не готов: нам это сообщили ПМПК.»

Эта ситуация оказалась для Глеба не только настоящим ударом, но и огромным стимулом для того, чтобы меняться. С того момента особенный мальчик старался бороться со своими стимами, вокализацией, самоагрессией, работал над своими страхами. Он усердно занимался, учился, стремился быть не хуже сверстников.

Ещё до школы, Глеб научился читать, писать, считать, увлёкся английским языком. Первый класс был коррекционный, там Глеб обучался правилам поведения. А во второй класс мальчика взяли в самый обычный. И Глеб закончил его отличником с похвальной грамотой!

«Для меня мой сын — настоящий борец, герой! Все годы лечения, реабилитаций, трудностей приносят большие результаты. Главное никогда не опускать руки и не переставать работать над собой. — с гордостью произносит Марина. — У меня есть цель – что бы Глеб был самостоятельным и самодостаточным в жизни. А главное — здоровым и счастливым!»